Анна Терехова: «У меня свой путь, не такой, как у мамы»

Есть очень хорошая мысль: «Хочешь узнать артиста, приходи в театр». Я пришла в театр Луны и открыла для себя великолепную актрису Анну Терехову. Увидев ее на театральной сцене, я перестала воспринимать ее как дочку великой Маргариты Тереховой и влюбилась в ее собственный талант.

В ней чувствуется порода, глубокое чувство собственного достоинства. В каждой своей роли Анна разная. Каждый раз ее талант проявляется с новой, подчас неожиданной, стороны.

Она сумела доказать свое право на громкую фамилию. Анна Терехова талантлива не только на сцене, но и в жизни, в очень важных для нас, женщин, ролях — любящей дочери, внучки, матери…

— Моя мама родилась в середине войны, в городе Туринске, потому что именно в этот момент театр, где работала бабушка, Галина Станиславовна Томашевич, оказался там на гастролях, — рассказывает Анна Терехова. — С тех пор мама была в этом городе всего один раз в жизни. В труппе ее называли «маркиза из Турина».

Всю войну бабушка прошла с маленькой Ритой на руках. В городах и деревнях они останавливались на квартирах и домах у простых людей, где с ними делили и хлеб, и ночлег, а когда мама вдруг заболела, бабушке помогали всем миром и спасли ребенка неимоверными усилиями.

Ей приходилось сушить пеленки, обернув их вокруг своего тела, бежать по снегу несколько километров за лекарствами… Но надо было еще выходить на сцену!

После войны моя героическая бабушка с маленькой мамой переехала в Ташкент, потому что для мамы нужен был более подходящий климат. Там было тепло, и маме нравилось. А бабушка поступила в Ташкенте в театр, но потом ей пришлось уйти по сокращению штатов, об этом она мне с болью рассказывала. «Мои лучшие годы прошли в Свердловске», — говорила она.

У нее там были хорошие роли, публика ее очень любила. Ее по несколько раз вызывали, кричали «браво», «бис», чтобы она еще раз что-нибудь исполнила.

А в Ташкенте все уже было по-другому, и она сокрушалась.

— Как мама стала актрисой?

— Когда мама окончила школу с золотой медалью, она вначале решила поступить в Ташкентский университет на физико-математический факультет. Но поступив, поняла, что это не ее.

Тогда она сказала бабушке, что хочет быть актрисой и уехала в Москву. Сначала ее не взяли во ВГИК по какой-то причине, она уже собралась уезжать обратно, но у нее украли деньги, и ей пришлось остаться.

В результате мама попала в студию к Юрию Завадскому — он всегда набирал студентов позже всех остальных, такой у него был принцип. В комиссии сидели корифеи, которые сразу заметили маму и взяли учиться. Еще во время учебы маме удалось забрать бабушку в Москву — после Ташкентского землетрясения можно было забрать родственников, оставшихся без жилья, в столицу.

Они жили с бабушкой в общежитии, и им приходилось очень нелегко. Конечно, бабушка уже не могла и думать ни о какой актерской профессии, а пошла работать в библиотеку.

Мама окончила студию Завадского очень успешно, ее стали приглашать сниматься, и ее карьера сразу пошла в гору.

— А кем вы хотели стать в детстве?

— Сначала я не хотела быть актрисой, несмотря на то, что все время вращалась в актерских кругах. Мама брала меня на съемки летом, и если была такая возможность, я с ней ездила.

Я часто бывала за кулисами. Бабушка была против этого, говорила: «Зачем ты ее таскаешь?», но мама все равно брала меня с собой.

Несмотря на то, что я часто бывала за кулисами, я не мечтала о театре, даже, скорее, наоборот. Я очень любила животных, но нам условия не позволяли кого-то держать. Однажды я вдруг поняла, что хочу быть ветеринаром, лечить животных, потому что лечить людей я считала слишком ответственным делом.

А вот животных я бы смогла лечить, думала я. А потом, когда время пришло, я все-таки решила стать актрисой, и очень благодарна маме и бабушке за то, что они меня поддержали в моем непростом решении. Потому что, если честно, никакой уверенности я в себе не чувствовала, тем более, на фоне такой мамы.

— Как ваша мама познакомилась с вашим отцом?

— На съемках фильма «Бегущая по волнам» в Болгарии, в старинном городе Несебр. Это был второй или третий мамин фильм. Про город Несебр папа говорил, что там невозможно было не влюбиться, все к этому располагало.

Мой папа — болгарский актер Савва Кириллович Хашимов. Когда съемки закончились, и мама поняла, что беременна, она очень этому обрадовалась, несмотря на то, что ее карьера могла прерваться.

Многие актрисы ставили карьеру на первое место, но мама очень хотела ребенка. Бабушка сама предложила ей свою помощь, и именно благодаря бабушке я выросла такой, какая я есть. А мама с папой прожили вместе недолго.

Папа приехал в Москву и пытался устроить свою актерскую судьбу, но у него не получилось, несмотря на то, что он был очень красив, талантлив и говорил по-русски пpaктически без акцента. Ему пришлось вернуться в Болгарию, где его встретили с распростертыми объятиями.

В Болгарии у него все прекрасно сложилось. Его взяли в Театр имени Ивана Вазова, самый крупный среди драматических театров.

Он играл замечательные роли и был очень популярным в своей стране. А мама пошла своим путем…

Папы моего уже два года нет на свете, но я все равно езжу в Болгарию. Когда папа был жив, я общались с ним и его семьей, даже старалась немножко помогать.

Он меня очень любил, и ему нужно было, чтобы хотя бы раз в год я к нему приезжала.

— Вы сказали, что благодарны бабушке. Наверное, она с вами больше проводила времени, чем мама, ведь мама была очень занята в театре и кино?

— Все детство и школьные годы я в основном была с бабушкой. Маме дали однокомнатную квартиру, и она от нас переехала.

С бабушкой мне было очень хорошо. Она была добрым и по-настоящему талантливым человеком, который старался, чтобы мое детство не было каким-то рутинным, бытовым.

Бабушка раскрашивала его своими рассказами и сказками, которые сама придумывала. Она очень многое делала своими руками — прекрасно рисовала, шила очень хорошо, готовила замечательно, клеила мне сказочные замки из картона. Мы с ней играли в шарады.

Если мы шли в парк, то там в дупле дерева обязательно жила Царевна Несмеяна, а не просто белочка.

Как-то раз приходим домой, и бабушка говорит: «Вот у нас здесь мышка, которая тоже раньше была царевной, посмотри!» Я заглядываю за шкафчик и обнаруживаю там маленькую белую мышку. Оказывается, бабушка вырезала ее из бумаги и посадила за шкаф. Это было очень трогательно, очень по-доброму.

Мы с ней выходили залетевшего к нам птенца, выкормили его на подоконнике, и бабушка научила его летать. Любимым праздником бабушки было 9 Мая.

Она надевала свою медаль, мы смотрели парад Победы, а потом покупали цветы и ехали в центр Москвы гулять и поздравлять ветеранов.

— Помогало ли вам в вашей актерской карьере то, что вы дочь Тереховой, или, наоборот, мешало?

— Это до сих пор тянется за мной таким длинным шлейфом. Либо меня сравнивают с мамой, либо видят во мне что-то совсем другое, отличное от мамы. Уже, наверное, лет десять мне не приходится ничего доказывать.

У меня свой путь, свой зритель. Мое искусство, мое актерство отличается от маминого.

Кто знает мое творчество, тот это понимает.

Я сама для себя решила, что все-таки не зря выбрала эту профессию. На первых порах мне действительно было очень сложно преодолеть сравнение с мамой, которое мне, конечно же, мешало.

Кто-то ко мне относился так: «Ну, Терехова пришла, все ясно», а кто-то, наоборот, любопытствовал. Больше, если честно, было недоверия по отношению ко мне Хорошо, что я ни в коем случае не старалась достигнуть маминых высот, «перепрыгнуть» не было моей целью.

Работала в театре Виктюка, в независимых театральных проектах, играла очень хорошие роли, разные, которые воспитывали мою актерскую природу, давали мне возможность творчески расти.

Я довольна тем, что сделала в театре. А вот в кино сложилось по-другому.

Не могу сказать, что я очень довольна всеми моими ролями в кино, хотя были и хорошие. Я благодарна, прежде всего, своей маме, которая пригласила меня на фильм «Чайка», где я сыграла Нину Заречную, а мой сводный брат Саша — Треплева.

Считаю, что это замечательный фильм, который останется в истории кинематографа, но, к сожалению, в свое время его не оценили по достоинству.

Очень благодарна и режиссеру Светлане Дружининой, которая берет актеров сниматься не по принципу медийности, не тех, кто часто мелькает на экране, а по принципу — нужен ей этот актер или нет. Она увидела меня по телевизору в какой-то передаче и сказала, что эта актриса будет у нее играть. Потом, когда Дружинина узнала, что я еще и дочка Тереховой, то очень обрадовалась, так как очень любила мою маму и прекрасно к ней относилась.

У меня были и сериалы, и фильмы, но чего-то такого замечательного, что мне самой бы сильно понравилось, я в кино не сделала, если не считать Нины Заречной.

— Какая ваша мама в жизни, какой у нее хаpaктер?

— В силу того, что она всегда была очень занята, ее близкая подруга вспоминала, что у нее пачками лежали сценарии, которые ей приносили, она их физически не успевала читать. Приходилось просить бабушку или подругу прочитать очередной сценарий и рассказать, про что он.

К ней очень рано пришло признание, она работала с замечательными режиссерами, снималась в потрясающих фильмах. Все это наложило отпечаток на ее личную жизнь, которой, я считаю, пpaктически не было…

Мама необыкновенно добрый человек. Если она шла в гости, то всегда с подарками.

Если там были дети, то она одаривала всех детей сладостями. Детей она очень любит, и не только своих. Очень любит внука.

Она считает, что дети — необыкновенные, святые создания. Надо их любить, оберегать. Она не раз говорила мне, чтобы я своего сына больше любила: «Иди, приласкай его, скажи, что ты его любишь»… А что касается работы, то в работе она достаточно жесткий и строгий человек.

Она всегда отстаивала свою позицию, не шла ни у кого на поводу. В профессии мама не щадила себя. Если нужно было вжиться в роль, она это делала полностью, по-настоящему, и не брала роли только, что называется, из-за денег.

Если нужно было похудеть или еще что-то сделать для фильма, она все это делала. И меня учила такому подходу к роли.

В жизни у нее никогда не было «звездности».

Мне кажется, что вообще ее актерское поколение этим отличалось. Сколько она ездила, сколько встречалась со зрителями, сколько было концертных выступлений в глубинке!

При этом она не требовала к себе какого-то подобострастно-трепетного отношения. Был бы нормальный теплый номер в гостинице, чтобы можно было выспаться, нормальная машина для переездов, чай.

Ничего заоблачного. Поэтому люди ее очень любили.

Помню лица людей, смотревших на маму, когда она читала стихи… К ней можно было спокойно подойти, взять у нее автограф, поговорить с ней. Мама всегда на это отзывалась, и всегда вокруг нее собирались люди, ей задавали много вопросов, она всем отвечала.

— Какие отношения у вас с мамой? Близкие, доверительные?

— Я не все знаю про свою маму. Вряд ли наши отношения можно назвать доверительными. Я маму всегда очень сильно любила, и она меня, но мы никогда не были подругами.

О каких-то сокровенных вещах, тех, что обсуждаются с подругами, мы никогда не говорили. Скорее, мама была мне другом, с которым я могла посоветоваться.

Я даже ей благодарна за то, что она мне не рассказывала о том, что происходит у нее в личной жизни. Она чувствовала, что этого не стоит делать. Возможно, еще и потому, что ей не всегда было легко.

Она не хотела делиться с близким человеком, тем более, с дочерью, какими-то не очень хорошими вещами. Наверное, она просто меня жалела, оберегала.

— Вы похожи с мамой внешне. А внутренне?

— Внутренне — нет. Я совсем другая.

Мама всегда была очень импульсивной, энергичной. Я тоже импульсивная, но только на сцене, люблю выразить себя в роли. Мне это очень нравится.

Люблю свою профессию за возможность быть разной, любой, какой угодно — и страстной, и cyмacшедшей, и хаpaктерной, и смешной. А в жизни я человек очень спокойный.

Если я буду на таком вот нерве и в жизни, то это будет хуже и для меня, и для моих родственников, близких людей. Маме сейчас необходим покой, внимание, забота, хорошее настроение, поэтому я поддерживаю в себе внутреннее умиротворение. Я люблю свое спокойное состояние.

Люблю, когда у меня в быту все хорошо, когда мой тыл в порядке. Люблю своих друзей, с которыми вместе отдыхаю.

Люблю активный отдых, такой «неспящий», хотя сон для меня очень важен. Если я устаю, то стараюсь выспаться, восстановить силы.

На отдыхе я с удовольствием буду плавать, возьму машину напрокат, поеду в горы. Очень люблю путешествовать, открывать новые места.

Как правило, не езжу по несколько раз в одно и то же место, а вот в Болгарию люблю возвращаться.

— О чем вы мечтаете?

— Чтобы все мои близкие были счастливы. Хочу, чтобы мама была здорова, чтобы мой сын нашел свою дорогу в жизни. Я не из тех, кто очень сильно привязан к своей профессии, и достаточно спокойно отношусь к тому, что я актриса.

Я уже женщина средних лет и понимаю, что век мой на актерской стезе недолог. Конечно, я могу перейти на хаpaктерные роли и, в общем, к этому готова.

Но с другой стороны, мне бы очень хотелось, чтобы мне Бог дал еще одного ребенка, я бы могла его вырастить и посвятить себя ему. Мишу я родила очень рано, на первом курсе, и все как-то так пролетело… Тогда я многого не понимала, не умела.

Если так случится, то я буду счастлива. А нет — что ж, я свою энергию направлю еще куда-нибудь…

Беседовала Елена Ерофеева-Литвинская

2019-07-09admin

• tweet